Жена военнослужащего в Кривом Роге создала Детский центр развития

Уже два года в Кривом Роге (сейчас по адресу ул. Сичеславская, 26, это на КРЭС) работает Детский центр развития «Нappy baby», а проще говоря, частный детский сад, который благодаря государственному гранту создала жена военнослужащего Ирина Комарова.

«Так открой себе садик»

Ирина кандидатка биологических наук, преподаватель биологии и экологии, глава ОСМД в своем доме. А теперь еще и бизнес-леди в сфере образования, основательница и руководительница Детского центра развития «Нappy baby», слоган которого: «Счастливыми взрослыми становятся в детстве». А еще она – мама мальчика, рожденного после полномасштабного вторжения.

- Это была моя мечта, мне так хотелось свое заведение для детей сделать. Я всю жизнь тружусь в образовании. И когда началась война, мне так деток было жалко, я говорила мужчине, что если бы можно было, я бы, пожалуй, всех их обняла, обогрела. Когда я смотрела на кадры из Мариуполя, Херсона, у меня постоянно были слезы на глазах. А он мне: «Так открой себе садик». Это он меня подтолкнул. Сказал, что верит в меня, что у меня получится. Я тогда еще сказала, чтобы не выдумывал, где нам взять такие деньги. А потом прошел год, второй… Я поверила рекламе о бизнесе с нуля. У меня розовые очки, конечно, снялись очень быстро. Заведению нужно было работать и работать с первых дней, потому что в него были вложены средства не только грантовые, но и большой процент собственных, в частности, на ремонт. Потому что грант не покрывал затраты на ремонт. Помещение было как будто бы и с ремонтом, но цвет стен для детского заведения не подходил, поэтому все перерабатывалось, - вспоминает Ирина. – Я проходила массу учений. Потому что деловая сторона – это было для меня новое. Начало моей образовательной карьеры было в детском саду, но как бизнес-леди дошкольным воспитанием я раньше не занималась.



Чем же были эти два года – путем развития или бегом с препятствиями? Размышляя над такой постановкой вопроса, Ирина замечает, что и тем, и тем. С точки зрения реализации ее профессиональной и жизненной мечты, это был путь развития. Но не обошлось и без помех.

– Сначала мне казалось, что 500 тысяч – большие деньги. А когда я начала закупать оборудование, то еще и часть средств моих собственных ушла, потому что на самом деле эта сумма не так уж велика. Государственные гранты – это немного история о розовых очках. Когда начинаешь работать, то розовые очки в первый месяц хоп – и исчезают. Возникает очень много вопросов и проблем, а ты уже подписалась, стала участником программы, взяла на себя эту ответственность, и как человек ответственный должен все сделать в соответствии с теми условиями, на которые согласился. А это – создание двух рабочих мест. Ведь грант я должна в течение трех лет вернуть государству через налоги. Хотя, как и в каждом бизнесе, бывают провальные месяцы, когда не всегда на аренду помещения хватает. Пока не была наработана клиентская база, в выплату зарплаты тоже приходилось частично вкладывать свои средства. Согласно условиям гранта, я сама не могу быть здесь трудоустроена как директор или заведующая. Я ФЛП, которая основала это заведение и получает доход, и грант возмещается в том числе из-за единого налога, который я платю, - делится Ирина.

Среди прочего к препятствиям Ирина относит то, что в Кривом Роге очень сложно найти помещение, которое удовлетворяло бы потребности на сто процентов, а также высокая арендная плата, в том числе за помещение коммунальной собственности.

Грантодатели остались довольны

Однако после освоения первого гранта Ирина для себя решила, что развитие ее детища не должно останавливаться, - и после прохождения соответствующего обучения отправилась на еще один, в рамках программы Эстонского совета по делам беженцев "Устойчивые инициативы для самозанятости "RISE"", получив грант в 200 тысяч гривен. За эти средства она купила проектор и тактильный учебный стенд.
Представители этого совета приезжали в Кривой Рог с инспекцией и остались довольны тем, что увидели в центре развития Ирины Комаровой. Успешно Ирина отчиталась и по третьему добытому гранту, от международной компании Helvetas (Швейцария).

Это были средства, покрывавшие потребности заведения на оргтехнике, ведь много оргтехники в детском заведении не бывает – постоянно нужно распечатывать наглядные пособия, материалы.
И на этом Ирина не останавливается - она создала и уже подала еще одну грантовую заявку, чтобы приобрести дополнительное оборудование для работы нейропсихолога.

Казалось бы, просто пузырьки…

Чтобы детский центр развития действительно соответствовал своему статусу, он хорошо обеспечен соответствующим оборудованием, которое в своей работе с детьми используют узкопрофильные специалисты, их Ирина привлекает к работе по трудовым соглашениям почасово. Ведь ее основной идеей при создании центра было предоставление комплекса услуг.

С центром сотрудничают логопед-дефектолог, занимающийся коррекцией и постановкой звукопроизношения, речи, запуском речи. Нейропсихолог – коррекцией поведения и нервных функций. Реабилитолог работает со сложными детьми, имеющими нарушения аутичного спектра (РДУГ). Привлекается также практический психолог, причем не только для работы с детьми, но и с родителями.

Поэтому можно сказать, что работа с недостатками раннего развития детей является спецификой, изюминкой центра развития ребенка «Нappy baby».

- И эти услуги, - говорит Ирина Комарова, - очень востребованы. К сожалению, многие дети, которые в два года очень плохо разговаривают, а это приводит к отставанию в развитии при подготовке к школе. Большое количество детей имеет нарушения аутистического спектра. Мы в своем центре предлагаем заниматься с такими детьми на ранних этапах, что наиболее эффективно. Есть такие проблемы развития ребенка как расстройство дефицита внимания, сокращен РДУГ. Достаточно распространена гиперактивность, из-за которой ребенок не может сконцентрировать внимание. Мы в Центре производим соответствующую коррекционную работу с использованием современного оборудования. Вот у нас световая пузырчатая колонна, это для детей средство успокоения, созерцая пузырьки, ребенок может посидеть, подумать.

«Мы ищем возможности сделать всех детей счастливыми»

Дети – это, как известно, большая ответственность. А чужие дети тем более. Не боится ли ответственности Ирина Комарова?

– Боюсь, – говорит, – но иду вперед. – Я больше 20 лет работаю в образовании. У меня родители педагоги, я себя не представляю где-то вне образования. И когда с началом войны моего собственного ребенка некуда было отдать, потому что садики были закрыты, я не была в декрете вообще – постоянно работала, и мне нужно было совмещать работу, уход за ребенком, – и поэтому образовался детский центр. Ответственность всегда есть, была и будет. Но эта ответственность компенсируется, когда ты видишь счастливые улыбки детей, когда видишь глаза родителей довольны. А глаза детей, когда у них выходит, и он так: а, я могу! Я сам это сделал! Когда ты работаешь с детьми, постоянно и себя совершенствуешь. Так не получается, что на каком-то уровне развития остановился – и все. Потому что приходят новые дети – у них новые потребности, новые запросы, и ты уже начинаешь думать, как сделать, чтобы ребенку было комфортно. И если у ребенка что-то не получалось, а потом получилось, ты понимаешь, что сделал ребенку добро, сделал ребенку счастье. Это, пожалуй, и есть тот приятный бонус в этой всей работе, который компенсирует страх, который имею, когда беру на себя ту ответственность, - говорит Ирина Комарова.
Но можно ли в принципе сделать детей счастливыми во время войны? И помогает ли Ирине в этом опыт собственного материнства?

Слоган нашего Центра – «Счастливыми взрослыми становятся в детстве». Мы в этом искренне уверены.
Потому что не имея счастливого детства взрослый человек теряет такой большой этап, когда идет основа, закладывается то, что можно позволить порезвиться, и не быть за это приказанным, можно позволить разлить краску, и также от этого получить удовольствие, потому что разлитая краска с точки зрения взрослых – это грязь. С нашей точки зрения – это развитие, потому что разлитая краска изменила свою текстуру, ребенок увидел – и заключил, возможно, цвет где-то изменил, это тоже вывод. Это в голове ребенка отложилось. И потому даже во время войны, а это, пожалуй, и есть главная наша задача, несмотря на все имеющиеся вызовы, мы стараемся делать наших детей счастливыми. Пусть из-за таких маленьких шагов, пусть, возможно, сегодня незаметны эти шаги, а если с точки зрения деток посмотреть на пол года назад и сейчас сравнить, то это уже не совсем маленькие шаги. Мы видим значительный результат. А если посмотреть деток, которые к нам почти год ходят, тоже мы видим результаты. И со счастливыми счастливыми детьми становятся и взрослые - их родители. Мама может быть счастлива, довольна, когда она видит счастливой своего ребенка. Не все дети идеальны. Нет идеальных детей. Если, возможно, у кого-то есть такое понимание, что у кого-то ребенок идеален, а тот не идеален, потому что он балуется – нет такого понятия. Мы к этому не склоняемся, не ищем идеальных детей, мы ищем возможности сделать всех детей счастливыми. Я стала матерью в 40 лет. Это осознанное материнство. Я не знаю, как бы я себя вела, если бы я стала мамой в 20 лет, но мне помогает мой опыт, с одной стороны, педагогический, с другой стороны – опыт собственного материнства. Я не всегда ссорюсь за то, за что ссорят молодые родители. Где-то, возможно, немного больше балую, потому что я понимаю, что для ребенка это момент радости, эмоционального удовольствия. Где-то могу порезвиться с ребенком, побаловаться, могу листьями покидаться. Когда я буду показывать, что мама счастлива у ребенка, то я в этом уверена, что ребенок будет чувствовать себя счастливым, - говорит Ирина.

…Она была вся в работе и творческих планах, когда 20 октября 2025 года получила официальное уведомление, что ее муж Алексей Анатольевич Комаров во время выполнения боевого задания в Отрадном Купянского района Харьковской области пропал без вести. Будучи по образованию радиофизиком, до 2014 года, когда он добровольно встал на защиту государства как военный, он работал на КП «Криворожтеплосеть» слесарем контрольно-измерительных приборов и автоматики. После Иловайского котла находился в плену. С началом полномасштабного вторжения снова добровольно вступил в ряды ВСУ. После одной из боевых задач считается пропавшим без вести. Конечно, Ирине хотелось бы верить в чудо, но у нее была сила принять реальность. И то, что ее подпитывает и не дает опустить руки, это их поздний ребенок и созданный им детский центр развития, в который она вложила столько много и каждый день продолжает вкладывать частицу души.